Андрей Марков: «Власти придется учесть запрос на справедливость»

Для избирательной системы Воронежской области фигура Андрея Маркова долгие годы была одной из ключевых. Работая на различных должностях в аппарате регионального правительства, он неизменно курировал все проходящие в области выборы, пока в 2016 г. сам не решил замахнуться (и – вполне удачно) на мандат депутата Госдумы. И сегодня, когда прошло почти два месяца с момента последних на сегодняшний день крупных выборов – губернаторских, редакция «Обозреватель.Врн» не упустила возможность обсудить с ним их итоги и первые шаги в официальном статусе нового главы региона Александра Гусева.

Отправная точка

– Андрей Павлович, минувшую кампанию не критиковал только ленивый. Как оппоненты Гусева вели свои кампании, кого партии вообще выдвинули на роль оппонентов – все это изначально ставило под сомнение конкурентность этих выборов. По Вашему мнению, имеют ли подобные кампании право на существование вообще?

– Если они прошли такими, значит, право на существование уже заслужили. У меня , нет к ним никаких претензий – ни с точки зрения легитимности, ни с точки зрения результата.

Конкурентность же не имеет никакого отношения к региональной ситуации. Тут – решение партий: кого они решили выдвинуть, того и выдвинули. Возможно, у них просто не нашлось более ярких лидеров.

– Но ранее находились. Те же Сергей Рудаков, Константин Ашифин, если говорить о КПРФ, претендовавшие на этот пост в разные годы. Они до сих пор в строю и играют серьезную роль в партии…

– Вы знаете, я не считаю правильным сравнивать выборы губернатора Воронежской области с аналогичными выборами, проводившимися в прошлом. Правильнее сравнить их с выборами глав других регионов РФ, проводимых в тот же день. И там мы увидим, что даже при схожем наборе конкурентов где-то победу одерживали представители оппозиционных партий. А в нашей области победил так называемый «основной кандидат», что может говорить об устойчивости региональной политической системы.

– Если мы говорим о схожем наборе конкурентов в других регионах, то можно констатировать: там, где они одержали победу, к власти пришли неподготовленные люди. Хорошо это или плохо для политической системы страны вообще?

– Сложный вопрос, на который в данный момент я не готов дать ответ. Надо сначала посмотреть на то, как будут работать эти люди, чтобы понять: реально ли они неподготовленные, или перед нами – будущие очень сильные руководители?

Вообще же, скажу так: прошедшие выборы стали некоей отправной точкой для будущих изменений в политической системе страны. Какими именно они будут, пока не ясно, но понятно, что население стало формировать новые запросы, которые где-то власть не смогла удовлетворить. Отсюда и такие результаты.

Настройка для системы

– Если вернуться к Воронежской области. Менее чем через месяц после своего избрания Александр Гусев представил новую структуру облправительства и кандидатов на замещение должностей руководителей. И выяснилось, что структура напоминает ту, по которой работал Алексей Гордеев, да и персоналии, по большей части, остались прежними. Что это? Уникальная работоспособность предыдущей схемы и первых лиц, или продолжающееся влияние на регион со стороны бывшего губернатора?

– Позвольте про влияние Алексея Гордеева я говорить не буду – Александр Гусев все сказал по данной теме, мне добавить нечего.

А по структуре – все просто. Она дублирует структуру органов исполнительной власти Российской Федерации, что позволяет синхронизировать действия с Москвой, активнее и эффективнее участвовать в федеральных программах и т. д. Поверьте, подобные структуры работают во всех других субъектах Российской Федерации, различаясь какими-то мелочами: где-то названиями подразделений, где-то – подчинением тем или иным заместителям губернаторов или председателей правительств.

Так что Воронежская область здесь не уникальна. Один грамотный руководитель – я говорю об Алексее Гордееве – разработал структуру. Другой грамотный руководитель – Александр Гусев – не стал ее ломать, чтобы не нарушить преемственность и принципы работы на результат. Здесь все логично.

– А если говорить о персоналиях?..

– Здесь важно, какой тренд задается в системе управления. Да, Александр Гусев объявил о формировании «команды будущего», но надо понять, что невозможно сразу взять, да поменять всех людей – специалистов на ключевые позиции из воздуха не возьмешь. Нужно сформировать свой взгляд на тему и попытаться форматировать под него как действующих руководителей, так и вновь приходящих. Что, собственно, сегодня и происходит.

– То есть, мы можем говорить о том, что и переназначенные на свои посты руководители тоже не могут вздохнуть спокойно – им еще придется доказать свое умение работать в изменившихся условиях?

– Это – нормальная система, так происходит всегда. Система должна настраиваться. Иначе возникнет идиосинкразия, когда руководитель мыслит в одном направлении, а подчиненные – в другом. Вот такая система работать никогда не сможет.

– Сразу после вступления в должность губернатора Алаксандра Гусева ждало серьезное испытание – ситуация с так называемым «золотым парашютом» вице-губернатора Юрия Агибалова, ставшая топовой темой на федеральном уровне. Как Вы считаете, она нанесла серьезный урон позициям главы региона в Москве?

– Сложно ответить. Кому интересно – может заказать социологическое исследование. Но не думаю, что ситуация нанесла удар именно по Александру Гусеву. По системе вообще – возможно. И то – незначительно. К тому же, Александр Викторович очень грамотно на нее отреагировал, все разъяснив.

– …И – проанонсировав грядущее увольнение врио вице-губернатора Евгения Юрченко…

– Не думаю, что здесь есть какая-либо взаимосвязь. Я не хочу выдвигать конспирологические версии. Кого только не называли в заказчиках этого «слива». Я лично считаю, что человек, который это делал, явно не ожидал такого резонанса. И правильно губернатор сразу заявил о том, что не будет искать источник распространения информации. Была высказана грамотная мысль о том, чиновники находятся в публичном поле и должны понимать: они – «под колпаком».

Доплаты – по боку

– А чиновники – по крайней мере, в Воронежской области – готовы понять этот тезис и как-то изменить свои подходы к работе?

– Им придется. И не только в Воронежской области. Та ситуация, которая произошла в ходе губернаторских выборов на Дальнем Востоке, во Владимирской области, и т. д. явно сигнализирует: в обществе сформировался новый запрос – запрос на справедливость. На который власти придется реагировать в очень тяжелых условиях повышения пенсионного возраста, роста НДС и акцизов на топливо. Этим, в частности, мы руководствовались, принимая закон о добровольном отказе депутатов Госдумы от доплат к пенсиям.

– Но он на то и добровольный, чтобы не быть обязательным…

– С одной стороны, да. С другой, уже сегодня значительная часть депутатов говорит о том, что им не нужны эти доплаты. Правда, проверить мы это сможем не сейчас – в ближайшее время доказать свою приверженность положениям указанного закона смогут лишь те, кому только предстоит выйти на пенсию.

– Сами-то вы готовы отказаться от этих доплат?

– Разумеется. Но мне выходить на пенсию только через 19 лет, поэтому ждать еще долго.

– Вы являетесь депутатом, за которым не стоит крупный бизнес, который сам не является бизнесменом, а работал исключительно на государственной службе. И Вам эта доплата будет лишней?

– Знаете, в обществе сложилось неверное представление о пенсиях депутатов. Поясню. Депутат Госдумы, отработавший один созыв, имеет право на пенсию в размере 46 тыс. руб. в месяц. Если он имеет назначенную пенсию по месту работы, например, в размере 25 тыс. руб., то доплата будет составлять ту разницу между 25 и 46 тыс. руб., то есть, 21 тыс. Именно от нее, согласно принятому закону, можно будет добровольно отказываться парламентариям. Для меня это не проблема.

Знаете, я хочу верить, что через 19 лет, когда наступит мой пенсионный возраст, размер пенсий у наших граждан будет больше всех сегодняшних доплат, а жизнь — достойной.

– Если Вы говорите про 46 тыс., то почему у людей сложилось устойчивое мнение о сверхдоходах и экстра-пенсиях депутатов?

– Мне сложно сказать. Часто эти слухи подогреваются и вашими коллегами. Например, в день, когда мы принимали указанный закон в третьем чтении, вышла статья в одном федеральном издании, где журналист сложил все доходы депутатов Госдумы, разделил на 450 и вывел, что каждый в среднем зарабатывает по 1 млн руб. в месяц. Вот он так решил – и все тут. А мне теперь, приезжая на округ, приходится доказывать, что не имею я этого миллиона. Но люди-то склонны верить в максимальную цифру, которую видят в СМИ или соцсетях.

С пенсиями – особые проблемы. Их, в отличие от доходов в период государственной службы, декларировать не надо. Так что можно фантазировать, что угодно. Поэтому я разработал законопроект, который обязывает выходящих на заслуженный отдых чиновников и депутатов публиковать назначение им тех или иных пенсий. Если человек в течение какого-то времени занимал серьезный пост, получал зарплату, за которую отчитывался перед населением, то пусть он и не скрывает, сколько получит пенсии. Это будет справедливо.

– И позволит избежать таких ситуаций, что произошла с пенсией Юрия Агибалова?

– В том числе. Но главное – не это. Главное – то, что население не будет чувствовать себя обманутым. Оно будет видеть все траты на содержание чиновника – как во время его работы, так и после прекращения трудовой деятельности.

– Андрей Павлович, и последний вопрос. В ходе Вашей предвыборной кампании муссировался слух, что поход Андрея Маркова в Госдуму – это результат его конфликта с вице-губернатором Геннадием Макиным. Сейчас Макина в правительстве области нет. Не думали в этой связи о своем возможном возвращении в органы исполнительной власти Воронежской области?

– По поводу конфликта с Геннадием Ивановичем скажу лишь одно: это – досужие домыслы. По поводу дальнейшей работы – сейчас я планирую сосредоточиться на 2021 г. и переизбрании депутатом Государственной Думы. Хотя за три года многое может измениться.

Беседовал Юрий Бабаян

Это интересно

Оставьте комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.