Отделения онкологии в больницах, особенно в детских, живут по своим законам: здесь время считают не минутами, а процедурами. Капельницы, обследования, терапия – вот метрики этого мира. Однако раз в несколько месяцев рутину нарушают: в больницу приходит гость. В его чемодане – игрушки, в глазах – неиссякаемый оптимизм.
В интервью редакции «Обозреватель.Врн» аниматор, ведущий и волонтер в онкологическом центре Егор Шарипов рассказал о новой для себя роли отца, философии праздника и о том, как создать настоящее событие для детей за 40 минут в больничном коридоре.
– Егор, ты недавно стал папой. Поздравляем с рождением сына! Ты уже привык к новой роли?
– Спасибо большое! Завтра мы празднуем месяц. За это время скорее привык. Много что в жизни поменялось. Что-то стало сложнее, но это не мешает мне наслаждаться этим периодом. Даже за месяц сынок уже вырос. Дети в этом возрасте меняются каждый день. Конечно, без бессонных ночей не обходится. Хотя сегодня я поспал чуть больше обычного. У нас с женой командная работа – бытовые вопросы я взял на себя, а она больше занимается ребенком.
– Как думаешь, твои профессиональные навыки взаимодействия с детьми помогут тебе в будущем наладить контакт со своим ребенком?
– Мне кажется, да. С детьми же надо играть, а это мой вид деятельности. Не знаю, насколько хорошо у меня получится именно воспитать сына. Недавно я прочитал цитату или увидел ее в каком-то ролике, что детей не надо воспитывать, надо воспитывать себя. Дети же все зеркалят. По большому счету никто не знает, как воспитывать ребенка. Но из-за того, что я большую часть времени своей жизни общаюсь с детьми, то, мне кажется, я найду слова и уловки, чтобы каким-то образом этот контакт наладить.
– Как ты пришел в профессию аниматора и ведущего?
– Я все лето проработал с товарищем вожатым. Потом я открыл для себя рынок детского ивента. Знакомые чуть раньше меня начали там работать. Я подтянулся к ним, стало интересно и вот с 2019 года не вылезаю оттуда. Хотя уже перехожу во взрослый ивент.
– Как ты думаешь, в чем секрет идеального праздника для детей?
– Спустя шесть лет в профессии я скажу, что секрет в опыте. Я знаю, как действовать, чтобы праздник прошел хорошо. И опять же, в каком плане идеальный праздник. Если по таймингу, то такого не бывает. Если по оценке родителей, то они тоже могут быть не совсем согласны. Да, мы всегда все обговариваем заранее, но ведь возможны какие-то видоизменения. Так что важна еще и гибкость. Я всегда пользуюсь одним правилом – не навреди. Все остальное разрешено.
Я как-то проводил выпускной для 9 класса. В начале мероприятия выключается свет во всей банкетной площадке. Мы успели только познакомиться. Что нужно здесь делать? В этой ситуации все зависело только от ведущего. Так я и вел 30 минут выпускной с фонариками на телефонах. Идеально? Ну, не знаю, свет выключился. Но им запомнится это на всю жизнь.
– Какой персонаж сейчас самый популярный у детей? Не надоел ли он тебе?
– Мне безумно нравится мой персонаж – это Егор Шарипов. Когда только начинал работать на себя, около трех лет назад, я не хотел быть человеком-пауком или Гарри Поттером. Мне это просто не интересно. Я могу переодеться в какого-то героя, но это за дополнительную плату. У меня есть свой набор тематик вечеринок. Но это все яркие образы, это все Егор Шарипов. Я пропагандирую альтернативный вид праздника. Люди заказывают меня и тематику, которую я предлагаю.
А вообще в сфере аниматорства самыми популярными персонажами являются супергерои, Гарри Поттер, «Холодное сердце». В общем, то, что вечно, а не трендово. Мне, на самом деле, очень обидно, что в этом списке нет отечественных героев. Чтобы исполнить «Три кота» или «Ну, погоди!» нужно иметь большое количество денег, чтобы купить авторские права. Поэтому мы, люди, которые создают праздники, пользуемся зарубежными героями.
– Что сложнее: работать с детской или взрослой аудиторией?
– Я бы сказал, не сложнее, а интереснее. У каждой возрастной категории своя специфика, здесь трудно сравнивать. Два детских праздника могут пройти совершенно по-разному, хоть и с одинаковой тематикой. Мне сейчас стало интересно работать со взрослой аудиторией. Из-за того, что выхожу из зоны комфорта, можно сказать, что это для меня сложнее. Но гораздо интереснее, потому что новый опыт.
– Ты не только аниматор, ведущий, но и волонтер в детской больнице. Что тебя побудило стать аниматором в онкоцентре?
– Я был под влиянием моих коллег аниматоров из других городов и даже стран. Я с ними лично не знаком, просто переписываемся и следим друг за другом в социальных сетях. Я увидел, что это очень популярная история, когда аниматоры приходят проводить благотворительные праздники. Меня это заинтересовало, потому что раньше самостоятельно такое не организовывал. Мне предлагали что-то похожее агентства, но это было не в том формате, что делаю я. Мне же хотелось провести праздник со своим видением.
Когда иду в онкоцентр, я пишу в своих социальных сетях, что все желающие через меня могут передать подарок детям. Это своего рода медийное объединение. Еще я считаю, что про хорошее дело не нужно молчать. Я не стесняюсь про этого говорить, показывать в социальных сетях. Люди такой контент очень хорошо смотрят, а я свою медийность стараюсь повысить.
– В больнице есть строгие правила, и посторонних, конечно же, не допускают к детям. Как тебе удалось договориться?
– Было достаточно сложно войти в эту структуру, в других странах с этим гораздо легче. В Воронеже все дети, которые болеют онкологией, – подопечные фонда «ДоброСвет». Я познакомился с представителями фонда, и они меня поддержали. Теперь раз в три-четыре месяца я прихожу в больницу, чтобы провести праздник.
– Столкнулся ли ты с внутренними переживаниями, впервые придя к детям в больницу?
– Да, но я этого никогда не покажу. Уже дома задумываешься, потому что это все очень волнительно. Когда у моей жены была возможность, она вместе со мной ездила, ассистировала. Мы с ней очень много это обсуждали. Я предлагал и другим аниматорам поучаствовать, но ребята отказывались. Это можно понять.
– Как тебя встретили дети и их родители в первые визиты?
– Конечно, радостно. Там человек может месяцами, годами находиться. И тут между капельницами и осмотров у врачей есть 40 минут, чтобы отвлечься. Я стараюсь менять тематику, но мне кажется, если буду каждый раз приходить с одним и тем же, они будут всегда рады.
Вот ты спрашивала про идеальный праздник. Идеальные праздники проходят у меня бесплатно в онкологическом центре. С этими детьми очень комфортно работать. Они благодарны, не избалованы, с ними просто хорошо проводить время. Я работаю в коридоре, так как в палаты мне не разрешают заходить. До детей доходит информация о празднике. Если они хотят, то выходят ко мне. Никогда неизвестно, сколько детей придет. Если они не хотят, то их никто не заставляет. Бывает так, что я начинаю праздник с пятью детьми, а потом их становится 30.
— Детей окружают больничные будни из процедур и капельниц, но у тебя все равно получается создать для них праздник. Как тебе это удается?
– От начала и до конца игра. Я же в начале не говорю им: «Привет. Я аниматор, пришел вас отвлекать от процедур». Нет, праздник сразу начинается. Это музыка, световые прожекторы, также я пытаюсь поменять вид коридора, который они видят ежедневно. Те, кто постарше просто сидят смотрят, они пришли ради разнообразия. А дети в возрасте от 6 до 10 лет очень отзывчивы. У меня никогда не было трудностей их «переключить».
Бывает так, что после детского праздника нужен перерыв. В онкоцентре такого не случается, дети всегда заряжены. Я за эти 40 минут вдохновляюсь – смотрю на родителей, которые там живут, на деток, которые сидят с капельницами и улыбаются. Становится очень приятно, что я хоть каким-то образом помог если не в выздоровлении, то в окрасе этого дня.
– У тебя есть ровно 40 минут. Это жесткий тайминг. Как ты мягко заканчиваешь праздник, чтобы дети не расстроились из-за твоего ухода?
– Включаю свою медийность и дарю подарки. Поэтому важно приходить не с пустыми руками. Я заранее покупаю игрушки для мальчиков и девочек, складываю их в специальный чемодан. В конце праздника ребенок сам достает игрушку и забирает ее себе. Ребенка сложно переключить с подарка обратно. Ему наоборот теперь интереснее проводить время с игрушкой.
– Подходят ли к тебе дети просто поболтать?
– Да, пообщаться они любят. Мне сложно им в этом отказать. Сильно долго тоже не получается, потому что они живут по определенному графику. Мои 40 минут – это не цифра, взятая с потолка. Я всегда работаю в маске, мне нельзя трогать детей, обниматься с ними. Но, конечно, подходят. Много есть и замкнутых деток. Они просто наблюдают, оценивают, иногда играют и уходят.
– Был ли момент, когда ты почувствовал, что твоя игра стала для ребенка так называемым лекарством хотя бы на какое-то время?
– Хочется верить, что я каким-то образом помогаю им вылечиться. Конечно, я не имею медицинского образования. Все, что я могу сделать, – это провести праздник. Часто говорят, что эмоциональный фон очень помогает в выздоровлении.
В онкологическом центре детской больницы есть большое искусственное дерево. Перед выпиской есть традиция, связанная с ним. Перед тем как выйти из этой больницы, ребенок должен повесить яблоко, на котором написано его имя. Там этих яблок десятки, если не сотни. Я про это раньше только слышал, но никогда не видел. Собирается делегация врачей, приходит главный врач, и таким образом перед выпиской провожают детей и родителей. И вот несколько раз этот ритуал проводили после моего праздника. Я чуть не расплакался там. Сложно представить, через что маме и ребенку нужно было пройти, чтобы повесить это яблоко.
– В чем главное отличие работы аниматором на платном празднике и в больнице?
– Никаких отличий. Как я уже говорил, есть отношение другое у самих деток ко мне. Я пришел в онкоцентр к детям не для того, чтобы их жалеть. Их и так много жалеют. Я общаюсь с ними абсолютно на равных. Даже если ребенок на коляске, то мы все равно вместе делаем «паровозик». Да, возможно, с помощью родителей, но играем, выполняем различные активности. Моего особенного отношения на празднике нет. После праздника, конечно, это трудно переживаемо.
Еще я актер в театре равных. Там 50% людей с особенностями. Есть Леша – человек с тремя или четырьмя высшими образованиями, массажист, потрясающе поет, но он слепой с рождения. И это такой показательный случай, что к людям нужно относиться без жалости. Когда я сказал Леше: «Прекрасно выглядишь», он подошел ко мне и сказал: «Егор, ты тоже. Я это вижу». Он никогда меня не видел, но он четко знает, кто к нему подошел. Они сами все понимают и прекрасно к этому относятся. Меня это самого очень сильно тренирует и воспитывает. Это такие же люди. Да, им тяжело, но к ним нужно относиться обычно. Если им что-то не нравится, то они обязательно про это скажут. Это нам нужно поучиться как у деток, так и у взрослых. И я учусь.