На ТНТ на минувшей неделе стартовал уже третий сезон сериала «Девушки с Макаровым». Одну из главных ролей в ситкоме исполняет уроженец небольшого села Красный Лиман Воронежской области Сергей Астахов. Свою карьеру популярный актер, к слову, начинал в середине 90-х на сцене местного драматического театра в роли возвышенного шиллеровского Фердинанда.
«Обозреватель.Врн» узнал у Сергея Астахова, смотрит ли он сам сериалы, мог бы принять участие в местной постановке и считает ли, что раньше творческая сфера была свободнее.
– В сериале «Девушки с Макаровым» вы традиционно исполняете роль начальника отдела полиции Виталия Саламатина. Ждать ли какого-то раскрытия образа с новой стороны? Чем удивите в этом сезоне?
– Сериал находится на такой стадии, что каждый актер должен выполнять свою функцию и нести свой образ. Это как симфоническая палитра – скрипка делает одно, тромбон другое, и здесь так же. Актеры распределены. Странно будет, если вдруг Саламатин станет кем-то другим. Но, я не могу раскрыть вам все тайны. Давайте вместе удивляться при просмотре сериала.
– Как вы сами относитесь к персонажу, которого исполняете, ведь он, скажем так, неоднозначен. Встречали таких в жизни?
– Конечно, встречал. Я каждый день, когда умываюсь, смотрю на себя в зеркало. У Саламатина такой же цвет глаз как у меня, столько же лет как мне, цвет волос такой же. Если серьезно, я таких и не встречал. Считаю, что наши полицейские намного образованнее, умнее и профессиональнее.
– Пару лет назад ваш визит в село Красный Лиман также вызвал, мягко говоря, большой интерес у местных жителей. Как часто приезжаете в гости в родное поселение? Какие места там вы могли бы назвать знаковыми для вас?
– Я там родился, жил, и все мои родственники живут там. Каждым визитом делаю себе приятно, потому что приезжаю на свою историческую родину. Мы общаемся в нормальной обстановке, которая никак не относится к телевидению. Это простые семейные отношения. В Лимане моя родина, в этом слове все!
– Несколько лет в начале карьеры вы выступали в Воронежском Академическом театре драмы. Каким был местный театр в 90-е годы? Были ли трудности с реквизитом? Удавалось ли собрать зал?
– Трудностей с реквизитом я не припомню, а зрительный зал был полон. Потому что тогда, как и сейчас, Михаил Владимирович Бычков, замечательный, талантливый человек и прекрасный режиссер, ставил очень хорошие, достойные и качественные спектакли и люди с удовольствием ходили в его камерный театр, который он сделал, собрав и вдохновив нас, актеров.
– Как думаете, было ли тогда театральное искусство и в целом творческая сфера свободнее? Или, быть может, просто наивнее?
– Наивнее – нет, оно было глубже. Мы занимались по системе либо Михаила Чехова, либо по системе Станиславского, либо что-то было связанно с произведениями. Если Михаил Владимирович Бычков брал Стримберга, то он и ставил Стримберга. Внося свое личное отношение к произведению, он все-таки придерживался того, что написал автор. Я бы не назвал тот театр наивным, но хочу верить, что тогда, молодыми, мы были в чем-то сильнее и чище. Вы считаете, что сейчас очень сильно не свободное творчество? Мне кажется, намного свободнее! Хотя многие журналисты, например, жалуются, что не свободное. Но вы же можете писать как хотите, смотреть что хотите. Режиссеры сейчас ставят все, что угодно. У нас все было намного сложнее, и от этого — художественнее. Мы старались, чтобы «помыслы людские» стремились ввысь. Но и тогда и сейчас мы занимаемся творчеством. Не пытаясь кого-то шокировать, наоборот, хотим удивить, а это разные вещи. Удивить – у меня ассоциируется со словом вверх, чтобы человек стремился вверх от удивления, это приятно. Сейчас уже свободнее некуда, можно делать все что угодно. Но я не хочу, чтобы искусство ассоциировалось с шоком. Может быть, только если с культурным шоком.
– Не было ли желания вернуться в Воронеж, чтобы принять участие в местной постановке уже на обновленной сцене? Быть может, в Платоновском фестивале?
– Я всегда с удовольствием возвращаюсь в Воронеж, просто сейчас у меня мало времени. И со своими коллегами, с которыми я работал, с удовольствием выступлю. Мне это будет даже очень приятно. И если они согласятся, я с удовольствием могу сделать что-то вместе с ними для зрителей Воронежа. Вот, например, у нас был талантливейший Сережа Лялин, к сожалению, царствие небесное, ушел. И может быть в память о нем что-то сделать. «Жаме» Вертинского он пел замечательно… Все, что он делал, я помню, чуть ли не до каждой реплики. Потому что это было мое начало. Когда придет время, мы, конечно, это сделаем.
– На ваш взгляд, почему сегодня именно сериалы, а не театр и не большое кино, привлекают наибольшее внимание жителей Москвы, Воронежа, села Красный Лиман или какого-либо другого поселения?
– Сериалы привлекают внимание? Я так не считаю. У меня за последние 4 месяца около 80 спектаклей по всей стране. Где-то есть не очень большие залы на 300-400 человек, где-то большие от 1000 мест. Люди везде приходят и с удовольствием смотрят. Кого-то сериалы привлекают, а кого-то театр. У каждого свой зритель. Кстати, если кто-то захочет меня увидеть в новом качестве, в большой работе, выступаю 29 ноября в Воронежском концерном зале. Очень необычная пьеса «О чем говорят мужчины». С удовольствием я приглашаю всех своих друзей и почитателей, людей, которые просто захотят хорошо провести время, а сейчас оно не простое.
– А какие зарубежные и отечественные сериалы, помимо тех, в которых вы сами принимаете участие, интересны вам? Удается ли что-то смотреть?
– Я не смотрю. На сериал, на длинную историю, нужно время, нужно включиться в повествование, а я иной раз по два спектакля в день играю, готовлюсь, репетирую, снимаюсь. Нет у меня пока такой паузы, которую можно заполнить просмотром сериала, и я этому очень рад, если честно. Но, когда-нибудь, нужно будет восполнить этот пробел.
Петр Соболев