Судебный процесс по делу о гибели 19-летнего воронежского срочника вновь затягивается

Защита обвиняемого в превышении должностных полномочий офицера Дмитрия Прохорова направила очередное ходатайство с просьбой провести следственный эксперимент на месте, где мертвым нашли 19-летнего срочника Степана Цымбала. Об этом в четверг, 5 августа, сообщило «МОЁ! Online» со ссылкой на адвоката семьи погибшего парня.

По информации издания, дело о гибели Степана Цымбала на полигоне «Погоново» рассматривают уже 10 месяцев. Напомним, как «Обозреватель.Врн» сообщал ранее, трагедия произошла 10 февраля 2019 г. Тело солдата нашел его сослуживец. Широкую огласку инцидент получил спустя четыре дня, когда о загадочной смерти парня рассказали его родственники.

Примечательно, что родным солдата сначала сообщили, что у молодого человека остановилось сердце, а в пресс-службе Западного военного округа также отмечали, что на теле погибшего солдата нет признаков насильственной смерти. При этом в документе за подписью командира войсковой части говорилось, что «в палатке для умывания обнаружен военнослужащий с признаками насильственной смерти».

Выяснилось, что обвиняемый – 34-летний офицер Дмитрий Прохоров вместе с другим офицером в палатке распивали спиртные напитки. В ходе застолья между произошел конфликт, но после драки солдаты разошлись, а из машины исчезли два ящика алкоголя. Офицер пришел в палатку, где спал рядовой, чтобы выяснить куда делась водка. Разбудить Степана Цымбала вышло не с первого раза, и старший по званию решил его избить.

Погибший срочник из-за постоянных угроз начал искать пропавшие ящики. Как отмечают следователи, Степан Цымбал, боясь расправы со стороны обвиняемого и оказавшись в безвыходном положении, решил покончить жизнь самоубийством. Мертвого срочника обнаружили в палатке с пакетом на голове и связанными скотчем руками.

По факту гибели рядового военные следователи сначала возбудили уголовное дело по ч. 1 ст. 105 УК РФ («Убийство»), но потом его переквалифицировали на «Превышение должностных полномочий с применением насилия и причинением тяжких последствий» (п. «а», «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ).

На суде Прохоров менял показания – сначала признавался, что избивал солдата, потом сообщал, что такого не было. Во время следствия подтверждал, что принимал наркотики в день трагедии, но на допросе в суде назвал их просто «бодрящим веществом», принимаемым для предупреждения опьянения. Теперь его зашита ходатайствовала о проведении повторного следственного эксперимента на месте ЧП. Родные погибшего парня считают, что дело затягивают намеренно.

Снежана Смольянинова

Это интересно