Дело не в шляпе

«История — это политика, опрокинутая в прошлое». Такие слова Михаила Покровского, основателя марксистской исторической школы в СССР, вспомнились по поводу обострившегося спора вокруг памятного знака в Россоши в честь братского сотрудничества русского и итальянского народов.

Учитывая, что тему поднял один из кандидатов в депутаты в разгар предвыборной кампании, – применительно к данному случаю слова советского марксиста верны в буквальном смысле. Ведь проблема с памятником появилась не вчера. Сам монумент создан еще в марте 2003 года после установления побратимских отношений Россоши с итальянским городом Конельяно. А горячие дискуссию на тему уместности памятника здесь начались пару лет назад.

Тем самым вопрос, относящийся к Великой Победе, разыгрывается как карта в политической игре.

Пора забить тревогу. В протестах против памятного знака все отчетливее начинает проступать фанатизм. Ведь фанатик – это тот, кто следует своим самым прекрасным убеждениям слепо, без разума. И это приводит к искажению и даже диаметрально противоположному пониманию подлинной сути ценностей, идей и принципов, которые фанатичная голова берется защищать. А в итоге наносится ущерб именно тому, что защищается. Вред от фанатика куда больше, чем от нигилиста, – того, кто отрицает те же самые ценности и убеждения. Более того, нигилисты вызывают у патриотов жесткое неприятие и еще большую сплоченность, еще большую приверженность наследию Великой Победы. Фанатики же отвращают подрастающее поколение от этих ценностей, поскольку идейная слепота и искажение истины могут вызывать только отторжение.

Примеров «монументального» фанатизма много. «Ленинопад» на Украине в рамках политики декоммунизации, когда укронацисты сносили памятники тому, кому нынешнее украинское государство обязано своей обширной территорией. Как и всякое прогрессирующее безумие, фанатизм не знает пределов, в которых надлежит остановиться. Вслед за памятниками Ленину стали демонтировать и монументы тем, без кого и Украины-то никакой бы не было: например, командующему 1-м Украинским фронтом во время Великой Отечественной войны Николаю Ватутину, выдающемуся русскому полководцу Александру Суворову.

Другой пример – движение Black Lives Matter, активисты которого начали с разрушения памятников генералу Роберту Ли и президенту Конфедерации Джефферсону Дэвису, возглавлявшим борьбу рабовладельческого Юга с Севером в ходе гражданской войны. А ведь в эти монументы вкладывался тот смысл, что даже выдающиеся умы, великие личности, отстаивающие ложные идеи, терпят поражение. Памятники закрепили в камне важный урок истории США. Но фанатичные борцы видят в статуях конфедератов иной, неадекватный смыл: «Это памятники расистам и расизму!». Та же идейная слепота. И то же самое незнание границ абсурда: вот уже и в Бостоне требуют демонтировать и памятник 16-му президенту США Аврааму Линкольну, при котором в стране вообще-то было отменено рабство. Все из-за того, что его фигура «расистски» возвышается над фигурой темнокожего человека со сломанными на запястьях оковами.

Возвращаясь к памятному знаку в Россоши, посмотрим, какой смысл вкладывался в него при создании. На самом монументе написано: «От трагического прошлого, через дружественное настоящее, к будущему братскому сотрудничеству». Районные власти неоднократно указывали на то, что памятный знак – это «символ примирения, сотрудничества и дружбы».

Другой вопрос: насколько удачное художественное решение найдено, чтобы передать этот смысл? Монумент состоит из красноармейской звезды и орлиного пера с капеллы альпийских стрелков, которые на воронежской земле воевали против Красной Армии вместе с частями Вермахта. Судом даже рассматривался вопрос о том, насколько его вид соответствует законодательству. На основании авторитетной экспертизы установлено, что в архитектурном сооружении нет признаков нацисткой символики и атрибутики. И называть его «памятником оккупантам» или «могилой неизвестного фашиста» – это фанатичное искажение сути вещей.

Несколько лет назад мне довелось пообщаться с профессором из Венгрии, который приехал в Воронеж по своим научным делам. Он спросил меня, насколько сильно пострадал город во время войны. Когда услышал о разрушении на 90%, – признался, что и его дед воевал в этих местах. Затем искренне, несколько раз извинился за своих соотечественников, обнаружив неподдельное чувство вины за содеянное на нашей земле 2-ой венгерской армией в 1942-43 гг. Итальянское и венгерское кладбища, памятный знак в Россоши для европейцев – это совсем не символы героизма и славы их предков, пришедших захватывать нашу землю и заслуженно нашедших здесь свою погибель. Для них это символы горького урока истории, который нельзя забывать, напоминание о военных преступлениях, которые нельзя повторять. Если все снести, что будет напоминать им об этом уроке?

Политические конъюнктурщики в союзе с фанатиками – это большая разрушительная сила.

История с памятным знаком в Россоши, в уместности и целесообразности которого можно сомневаться сколько угодно, подходит к черте, за которой – фанатичная истерия. Совершенно непонятно, до чего она может дойти. На территории региона есть еще немало памятников, за снос которых могут побороться люди, слепо отстаивающие свои убеждения. Борцы за трезвый образ жизни – потребовать снести памятник Высоцкому, блюстители чистоты русского языка – Пушкину и Есенину (писали матерные стихи), вдохновленные движением Metoo – Бунину и Никитину (непростые ведь у них были отношения с дамами), защитники животных – Белому Биму и Котенку с улицы Лизюкова (их постоянно «обижают» вандалы). А лечебный стул от жлобства напротив облправительства – понятно, чьи чувства может оскорбить…

Если вас по-настоящему волнует тема памятного знака в Россоши, в которой, наверное, рано ставить точку, – вернитесь к ней после выборов в областную и городскую думы. Хоть сразу же в понедельник – после Дня голосования 13 сентября.

Андрей Черваков

Это интересно

Комментарии закрыты.